Матера: город, который стыдились показывать

Как пещерный квартал, названный национальным позором Италии, стал гордостью и наследием ЮНЕСКО.

Представьте квартал, где вместо окон — вход в скалу. Дом уходит не вверх, а вглубь, в тёплый камень. На юге Италии, в области Базиликата, находится город Матера — и его старый район называют Сасси, что просто значит «камни». Люди селились здесь так давно, что точное начало никто не берётся назвать: это одно из самых старых непрерывно обитаемых мест на всей земле, и в этих пещерах жили ещё до того, как появились письменные языки, на которых можно было бы это записать.

Может показаться, что жизнь в пещере — это просто бедность, только спрятанная под землю? Ведь бедных кварталов в Италии хватало и без Сасси. Но дело было не только в бедности. К середине двадцатого века здесь, в одних и тех же комнатах, спали люди, козы, овцы и ослы — потому что животные были единственным теплом и единственным богатством крестьянской семьи, а держать их отдельно значило потерять их. Водопровода не было, канализации не было — только цистерна дождевой воды под полом, ею поили и людей, и скот. Врачи, приезжавшие в эти годы в Базиликату, писали, что обычные болезни здесь косили крестьянское население куда сильнее, чем в остальной Италии: элементарных санитарных условий попросту не существовало.

Писатель Карло Леви оказался в этих краях в ссылке при Муссолини и позже написал книгу «Христос остановился в Эболи». О пещерах он написал так: «Внутри этих чёрных дыр с земляными стенами я видел кровати, скудную утварь, развешанные тряпки. На полу лежали собаки, овцы, козы, свиньи». Книга вышла в тысяча девятьсот сорок пятом, и после неё Матеру стало невозможно не заметить.

В тысяча девятьсот сорок восьмом сюда приехал политик Пальмиро Тольятти и произнёс два слова, которые прилипли к городу на десятилетия: «национальный позор». Через два года премьер-министр Альчиде де Гаспери повторил почти то же самое. А ещё через два года, в тысяча девятьсот пятьдесят втором, он подписал особый закон — государство решило переселить жителей Сасси в новые кварталы.

Около семнадцати тысяч человек должны были покинуть пещеры, где рождались их деды и прадеды. Одним дали квартиры с водопроводом. Но вместе с водопроводом у многих забрали и привычную жизнь: работу рядом с жильём, соседей за стеной, тепло животных зимними ночами. Кто-то плакал не потому, что уезжал из трущобы, а потому, что уезжал из родного места.

Сасси опустели почти полностью. Долгие годы квартал стоял тёмным и брошенным, туда боялись водить туристов, а местные обходили его стороной.

После, начиная с семидесятых, а по-настоящему — в восьмидесятых, в опустевшие пещеры стали возвращаться люди. Больше не от бедности, а по собственному выбору: сначала художники и реставраторы, затем хозяева гостиниц. Камень, который совсем недавно был клеймом отсталости, оказался тем же самым камнем — прохладным летом, тёплым зимой, простоявшим тысячи лет.

В тысяча девятьсот девяносто третьем, в колумбийской Картахене, ЮНЕСКО внесло Сасси и окрестные скальные церкви в список Всемирного наследия — впервые в истории организации место назвали не просто памятником, а целым «культурным ландшафтом». А в две тысячи девятнадцатом Матера стала культурной столицей Европы: тот самый город, который премьер-министр стыдился показывать журналистам, теперь сам приглашал их в гости.

Наверное, самое человеческое в этой истории — не архитектура и не закон, а то, что стыд и гордость смотрели из одних и тех же окон, вырубленных в одной и той же скале. Изменился не камень — изменился взгляд на него.

Мы собираем истории по источникам и показываем их под текстом. Проверьте нас: мой-гид точка онлайн.