Гальштат: гора, которая назвала всю эпоху

Соляная гора семь тысяч лет кряду, костница с расписанными черепами и копия города в Китае

Городок на берегу альпийского озера такой маленький, что кажется декорацией. Пряничные фасады, колокольня, узкая набережная — и над всем этим нависает серая гора. Внутри неё семь тысяч лет подряд добывают соль. Это не образ, а буквальный подсчёт: находки внутри горы датируются каменным веком, и добыча с тех пор почти не прерывалась.

Соль здесь называли белым золотом не для красоты. В доримской Европе она стоила как металл: ею платили жалованье, её меняли на бронзу и янтарь. Кто держал гору, тот держал деньги целого края. Может показаться, что богатство долины принесла удачная находка — просто наткнулись на пласт. Но соляной пласт под Гальштатом такой мощный, что его хватило бы на весь континент: везение здесь ни при чём, дело в масштабе месторождения.

В тысяча восемьсот сорок шестом управляющий соляными копями Иоганн Георг Рамзауэр начал раскопки на склоне над городком и за без малого два десятилетия вскрыл почти тысячу захоронений. Он делал то, чего до него почти никто не делал: зарисовывал каждую могилу на месте, до того как её потревожат, нумеровал находки, вёл дневник раскопок. Из этой методичности выросла целая наука — сама археология училась работать на его чертежах.

Вещи из этих могил съезжались со всей известной тогда ойкумены: янтарь с балтийских берегов, стекло с юга, узоры, которых горная деревня сама придумать не могла. Открытие оказалось настолько важным, что имя городка досталось не только ему самому: весь ранний железный век Европы, с восьмого по четвёртый век до нашей эры, историки называют гальштатской культурой. Редкий случай, когда название деревни стало названием эпохи.

Внутри горы холодно, темно и очень сухо — соль забирает всю влагу и убивает гниение. Поэтому здесь сохраняется то, что в обычной земле истлевает за век: кожаная обувь, меховые накидки, деревянные рукояти инструментов, плетёные заплечные мешки, в которых носили руду. В тысяча семьсот тридцать четвёртом горняки, разбирая обвал в одной из старых штолен, наткнулись на тело человека. Соль пропитала его насквозь: на коже читались черты лица, сохранилась одежда. Рабочие решили, что перед ними товарищ, погибший при недавнем завале, и похоронили находку по-христиански на местном кладбище. Только тела давно нет — учёным осталось лишь описание в горных книгах.

Прошло два с лишним века, и находку удалось датировать заново, по остаткам ткани и технике добычи. Возраст сместился на два тысячелетия назад: человек погиб примерно за триста пятьдесят лет до нашей эры, при обвале, который завалил целиком всю штольню. Тогдашние горняки ошиблись в возрасте тела в пятнадцать раз — и в этой ошибке нет ничего смешного, просто у них не было других мерок для такой сохранности.

Ходить под гору за солью в древности было проще, чем спускаться пешком по крутому склону: горняки строили внутри деревянные лестницы. Одна такая, найденная на большой глубине, оказалась старше всех известных деревянных построек Европы — её собрали примерно за тысяча триста сорок четыре года до нашей эры, в бронзовом веке. Восемь метров длины, метр с небольшим ширины: по этим ступеням поднимались с грузом в тридцать килограммов соли на спине, и дерево до сих пор держит форму.

А в самом городке, у подножия горы, есть место совсем другого рода. Земли под кладбище в тесной долине между озером и скалой всегда не хватало. К двенадцатому столетию хоронить там стало попросту негде. Придумали способ: через десять-пятнадцать лет останки поднимали, кости и черепа отбеливали на солнце и переносили в костницу при церкви — она называется Бейнхаус.

Наивно можно подумать, что кости просто складывали в кучу от бедности — не было денег на новые могилы. Но взгляните ближе: с начала восемнадцатого столетия черепа стали расписывать — венками из плюща и роз, именами, датами, иногда крестом на лбу. Значит, дело не в бедности, а в желании оставить умершему лицо, раз земля не могла оставить ему могилу.

Сегодня в костнице хранится больше тысячи черепов, и шесть с лишним сотен из них расписаны. Обычай держался дольше, чем можно ожидать: последний расписанный череп поместили внутрь ещё в конце двадцатого столетия — по завещанию женщины, которая сама этого хотела.

Слава городка обернулась и странной стороной. В Китае, в южной провинции, возвышается его точная копия: та же колокольня, та же набережная, воссозданные по чертежам, случайно оставленным в местной гостинице. Строительство обошлось почти в миллиард долларов. А настоящий Гальштат в иные летние дни принимает столько туристических автобусов, что жители городка выходили с протестом на единственную площадь — ту самую, где двести лет назад отбеливали кости на солнце.

Если по дороге захочется свою историю — она собирается за пару минут: мой-гид точка онлайн.