Угол, где сходятся дороги

Поезд только что тронулся — и этот рассказ как раз вовремя: за окном сейчас разворачивается именно то, о чём пойдёт речь. Мы идём на запад вдоль южного берега Байкала, и Слюдянка уже осталась позади.

Станция, которую мы только что покинули, называется Култук. Само слово — тюркское, означает «угол» или «тупик». Посмотрите на карту — и всё сразу встанет на место: залив действительно врезается в сушу как карман, и посёлок стоит в самом его дне. Самая западная точка байкальского побережья.

Первое русское зимовье здесь поставил в тысяча шестьсот сорок седьмом... енисейский казак Иван Похабов. Цель была прагматичная: собирать ясак с местных тунгусов рода кумкагиров и контролировать проходы в Тункинскую долину. На карте Семёна Ремезова тысяча семьсот первого... место уже обозначено как Култушное зимовье — и от него уходят два тракта: один вдоль Байкала, другой — в Тунку, к нынешней монгольской границе. Те же направления сегодня повторяют федеральная трасса «Байкал» и дорога А триста тридцать три. Пути здесь не менялись почти четыре века.

В конце девятнадцатого века описания путешественников рисуют Култук так: низкие деревянные дома, у каждого — лодка и сушёные сети, жизнь выстроена вокруг короткого рыболовного сезона. Байкал тогда был прежде всего ресурсом. Если вы успели выйти на перрон во время стоянки — вы, возможно, видели этот же рынок у путей: копчёный и вяленый омуль, кедровые орехи, пирожки с рыбой и брусникой. Логика не изменилась.

Теперь — за окно. Сразу после Култука поезд начинает спуск к берегу, и здесь начинается то, ради чего, собственно, и существует этот маршрут. Именно в култукских окрестностях строители в начале двадцатого века столкнулись с задачей, которую до них никто в таких масштабах не решал: Байкал зимой давит льдами на насыпь, летом размывает берег, скалы нависают над водой. Ответом стали подпорные стенки с особыми каменными «зубами» — дренажные схемы, которые сегодня железнодорожные инженеры показывают как учебный пример. Если повезёт с окном со стороны озера — вы их увидите: тёмный базальт, плотная кладка, местами — почти вертикальный обрыв между рельсами и водой.

Первые короткие тоннели появятся вскоре после того, как посёлок скроется за поворотом. Поезд буквально вжимается между утёсом и Байкалом — это не метафора, это инженерная реальность восьмидесяти девяти километров дороги, где каждый метр пути был вырублен, взорван или выложен вручную.

Следующая остановка — Старая Ангасолка. Там дорога выходит на один из самых протяжённых открытых участков над водой, и разговор пойдёт уже о том, как эта дорога строилась — и почему она в итоге стала тупиком.