Ворон, которого нет в летописях

Кто такие бифитеры — рыцари, туристы или живой музей?

В тысяча восемьсот девяносто пятом… впервые — впервые! — кто-то записал на бумаге, что в Тауэре живут особые вороны. Не при Тюдорах, не при Стюартах. В конце девятнадцатого века, когда готические романы читали при газовых фонарях и викторианцы обожали всё мрачное и таинственное.

Посмотрите на Белую башню — вон она, светлый камень, почти меловой в пасмурном свете. Именно сюда легенда приклеила Брана Благословенного, гиганта из валлийских мифов, чья голова якобы зарыта под этим холмом как оберег Британии. Удачное совпадение. Может, слишком удачное.

Историк Джеффри Парнелл в две тысячи четвёртом прошёл по всем архивам — и не нашёл никакого указа Карла Второго, никакого астронома Флемстида, никакого пророчества о короне. Только позднюю романтику. А йомены — стража Тауэра — по версии одного из своих же, охотно поддерживали миф: ведь если от твоих птиц зависит монархия, ты уже не просто охранник.

Во Вторую мировую бомбёжки выкосили почти всю стаю. Остался один ворон — Молли. Корона не пала. Но птиц поспешно восполнили, и с тех пор держат восемь — шесть основных и двое в запасе. Легенда требует кворума.

Знаете, что меня трогает? Миф моложе лондонского метро. Но он живёт — шумит чёрными крыльями, пахнет сырым камнем и рекой — и никто особенно не хочет его проверять.

Всё это началось с вопроса: «зачем Тауэру вороны». Ваш вопрос может стать следующим выпуском — напишите его в «О, Мой Гид».